q
Подписывайтесь на наши аккаунты в соцсетях:

41 очередное Брянское земское собрание.

(Первый день заседания)

К открытию брянского очередного земского собрания прибыли гласные: брянский уездный предводитель дворянства кн. В. В. Тенишев, председатель земской управы В. Н. Лукашев, В. П. Бриммер, Н. П. Шевцов, Алымов Н. И., Бахтин Т. А., Бахтин А. А., Вильчинский В. И., Губонин С. С., Глухов П. М., Лагода И. А., Лукашев А.П., Могилевцев П. С., Преженцов К. К., Ромер  В. Э., бывший член государственного совета, Араамов В. М., Горбунов П. И., Комаров А. П.., Комаров М. Д., Сафонов В. И., Гопин Б. Е., Горбачев А. И., Говоров И. Я., Ерохин Е. И., Мещенков С. П., Напреенков А. Р., Папоров И. С.., Гайковский Ф. А., Попов В. И. Прибывшие члены приняли установленню присягу, осле чего в 2 часа дня очередное земское собрание было объявлено открытым. При последующей поверке лиц и прав прибывших лиц на собрание гласных возражений не последовало. Из числа не явившихся лиц гг. гласных поступило заявление о причине неприбытия от члена Р. К. Преженцова – по болезни, что было признано законным. Суждение же неприбытии остальных гласных отложено до конца заседания. От духовного ведомства уполномоченным назначен протоиерей от<ец> В. Попов.

Собрание заслушало ответ Государя Императора на всеподданнейший адрес чрезвычайного земского собрания от  27 ноября 1905 года  по поводу манифеста  17 октября 1905 года , переданный через бывшего премьер-министра графа Витте. Государь император Высочайше повелеть соизволил благодарить брянское земское собрание за выраженные чувства. Ответ принят к сведению, причем гласный В. Э. Ромер внес следующее предложение: «Теперь во главе правительства стоит человек, которого вся Россия приветствует за твердую и мудрую политику, а потому, чтобы быть последовательными, следовало бы отозваться и нам выражением своих мыслей и чувств по поводу его государственной деятельности».

Гл<асный> Напреенков. «Результаты его деятельности покажет будущее, а теперь выразить лишь сожаление в постигшем его горе».

Гл<асный> Ромер. «О результатах, уже можно судить и теперь и нужно помнить, что всякое приветствие населения сильно поддерживает дух правительства и создает, ему прочную общественную опору. С этим правительство считается. Следовательно, всякие,  подобные этому, наши шаги необходимы ради пользы народу и родине».

Гл<асный> Напреенков. «Я только говорил, что я не решаюсь одобрять это, не зная  его, а высказывать свои пожелания я не прочь».

Председатель. «Добавляю к предложению гласного В. Э. Ромер, что всякий из нас должен гордиться, что есть герой, проявивший такое мужество, чтобы после потрясающего несчастья, остаться верным на своем посту своему долгу. Политические пожелания можно выразить в общей форме».

Гл<асный> Лагода. «Необходимо оказать всякого рода сочувствие и принять предложение о посылке адреса». Лагода просить войти в рассмотрение аграрного вопроса с точки зрения охраны права собственности.

Председатель. Напоминает гл<асному> Лагоде, что « 27 октября  на бывшем чрезвычайном собрании была избрана комиссия для разработки мер охраны собственности, но, к сожалению, комиссия не собралась, хотя разослали в большом количестве текст указа   12 октября и 3 ноября . Поручения собрания, комиссия не могла исполнить и потому, что летом для этого не было времени, и правительство выработало проект о землеустроительных комиссиях, причем острота вопроса исчезла. Разбирать вопрос общеполитический, как предлагает гл<асный> Лагода, у нас не хватит ни силы ни времени, из-за многочисленных прямых обязанностей почему я предложение И. А. Лагоды считаю практически не возможным исполнить».

Гл<асный> Лагода. «Аграрный вопрос возник, за недостаточностью законов — об охране собственности, и все-таки я считаю нашим правом возбуждать этот вопрос и отклонить обсуждение его не нахожу возможным».

Председатель. «О какой охране вы говорите, полицейского свойства или общественной частной? Ст. 102 не разрешает, собранию входить в обсуждение вопросов первой категории».

Напреенков. «Я не согласен, Государь Император в своем манифесте сказал: «Прошу население содействовать мне». Следовательно, обсуждать этот вопрос наше право. Аграрный вопрос заключается не в одной земле. Мы можем сами обсудить здесь и сказать: «Вот чем можно спасти Россию». Наши избиратели не оправдали нашего доверия вполне, и нам следует указать будущим избранникам, как мы смотрим на решение этого вопроса».

Председатель. «Вопрос о мерах охраны, как политический, на обсуждение поставить не могу на основании ст. 102 Устав<а> о земс<ких> учреж<дениях>. С точки зрения взаимоотношения населения, я предполагаю обсудить вопрос в особой комиии».

Гл<асный> Ромер. «В предложениях гласных гг. Лагоды и Напреенкова я вижу разницу. Соглашаясь с гл<асным> Лагода о необходимости охраны собственности, я в тоже время понимаю гл<асного> Напреенкова, поднимающего вопрос глубже и шире, и  желание его дать указания  по вопросу, над которым работало более 500 лучших умов, для нас стишком рискован. Мы заблудимся и нашими неуместными разговорами только взволнуем население. Мы не достаточно к этому подготовлены и у нас в уезде меньше чем где-нибудь нужна охрана. Население сумело понять важность переживаемого  момента и удерживалось… Накликать на себя беду, призывая войска, — это значит возбудить умы, и вообще вопрос о земле слишком серьезный. Решить предложение гл<асного> Напреенкова мы не можем».

Постановленное на баллотировку предложение об особой комиссии по вопросу охраны собственности отклоняется большинством 26 против 3.

Переходя к обсуждению докладов Земской Управы, председатель собрания кН<язь> Тенишев предлагает послать телеграмму вдове С. А. Хвостова с выражением соболезнования. Собрание просит председателя составить текст телеграммы. (см. вчерашн<ий> № «Б<рянской> Ж<изни>»).

 

МЕСТНАЯ ХРОНИКА.

— В ответ на адрес Брянского уездного земского собрания премьеру Столыпину на имя кн<язя> Тенишева поступила телеграмма следующего содержания:

«Тронут душевно горячим приветом Брянского земского собрания. Молю Бога помочь мне заслужить перед Родиной отзыв, которым удостоило меня собрание. Столыпин».

— Нам передают об одном характерном случае судебной волокиты. Артистка Болычевцева взыскала с антрепренера Крамеса 400 руб. Уездный член нашел, что Крамес не состоит больше антрепренером, а участвует лишь в гастрольном товариществе на паях и, поэтому, присудил обратить взыскание г. Болычевцевой на «пай» ответчика Крамеса. Истица Болычевцева решила обжаловать решение уездного члена и с этой целью приехала из Орла в Брянск за получением копии решения суда. Новый уездный член окружного суда г. Надюнский оказался в отъезде. Секретарь суда сказал прибывшей Болычевцевой, что копии готовы, но их только осталось подписать, и что г. Надюнский будет завтра с таким-то поездом в таком-то часу. Болычевцева осталась ждать. Ждет день…, ждет другой… Из Орла получается телеграмма от труппы сначала о репетициях, а затем: «Открытие завтра. Ждем немедленно, иначе нарушен контракт». Положение ужасное… Другая телеграмма: «Срок апелляционной жалобы кончается. Скорее копии». Но секретарь докладывает: «Завтра в таком-то часу, с таким-то поездом…» И так 9 дней. Возмущенная г. Болычевцева, пропустив 9 дней назначенных секретарем – девять «завтра» и девять поездок, везущих г. Надюнского, в конце концов послала телеграмму председателю Орловского окружного суда: «9 дней сижу – копии моих бумаг готовы. Уездного члена нет. Срок апелляции истекает. Прошу распоряжений». И словно по мановению на завтра все было готово.

— Жители Привокзальной слободы жалуются на скверное содержание мостовых и тротуаров в этой части города. Освещения там нет никакого. Местность песчаная, передвижение с грузом буквально невозможно, особенно в дождливое время. Колеса вязнут в грязи. Следовало бы обратить внимание на все эти неустройства и заняться ими теперь до наступления осенних дождей.

— Нам сообщают, что с крестьян, приезжающих на брянский базар с продуктами, взимается особый сбор в пользу города (по 5 к. с лошади). Часто на этой почве происходят столкновения между крестьянами и городскими сборщиками. Неплательщики, по словам корреспондента, «берут за шиворот и трясут до тех пор, пока он не уплатит сбора…» Не хватает только старинных дыб и батогов…

— Положение учеников Брянского технического училища, живущих в Привокз<альной> слободе весьма незавидное. Назначенный один час времени на обеденный перерыв не дает возможности им съездить или сходить домой, за пять верст к обеду, и им приходится оставаться в училище с 7 час. утра до 5 час. вечера, пользуясь одним лишь чаем. Такой образ жизни несомненно вредно отражается на здоровье учеников. Прежде при училище введены были доступные горячие завтраки. Ученик за 3 руб. в месяц мог получать горячее жаркое и стакан молока. Но теперь почему-то ученики лишены такого важного удобства. Следовало бы школьной администрации училища внимательнее относится к нуждам учащихся.

 

Письмо в редакцию.

Г. Редактор! Прошу Вас в ближайшем номере вашей газеты дать место следующему письму.

В №34 «Брянской Жизни» появилась заметка, автор которой, желая сострить, ошибочно приписал распоряжение, касающееся приглашения служащими врача на дом врачебному персоналу станции Брянск-Полесский, тогда как это распоряжение объявлено приказом за №142 от  13 сент<ября>  сего года начальником дорог. Ради эффекта автор привел одну выдержку из этого приказа, упуская другие пункты, которые выясняют, что в экстренных и тяжелых случаях врач посещает больных во всякое время дня и ночи и, кроме того, принимает амбулаторно больных ежедневно от 10 часов до 12. Желательно было бы, чтобы автор, прежде чем писать в газете, обстоятельнее познакомился с приказом №142 Пол<есских> ж<елезных> д<орог>, отрывок которого он приводит, а также в подтверждение своих слов привел он один пример, где бы из-за отсутствия бюллетеня не была оказана медицинская помощь. Что же касается непозволительного обращения с пациенткой, то этот факт, по наведении реакцией справки, был ею же опровергнут в №37 «Б<рянской> Ж<изни>».

Врач Борисевич.

 

Ответ г. Борисевичу.

Сообщая о неудовлетворительной постановке дела медицинской помощи на ст. Брянск-Пол<есский> я не упоминал вовсе о г. Борисевиче, и если он вину за бюрократическое отношение к столь серьезному делу возлагает на циркуляр за №142 от  13 сентября , то, думается, больным от такого компетентного разъяснения вряд ли сколько-нибудь легче станет. Что же касается случаев, когда отсутствие паспорта-бюллетени служило препятствием для оказания медицинской помощи нуждающимся в ней, то, не будь таких случаев, это подтверждало бы только, что между долгом врача и приказами за такими-то номерами существует глубокое и серьезное противоречие.

Что и требовалось доказать.

Автор заметки.

 

ОБЛАСТНОЙ ОТДЕЛ.

с. Ивот, Мальцов<ской> ж<елезной> д<ороги>.

На днях здесь арестовано трое молодых людей местных рабочих.

Из них Марков и Шилин арестованы вторично. После первого ареста их выпустили под залог до суда. У третьего арестованного, Ильи Куксина, служившего при стеклянном заводе, при обыске найдено: штемпель Мальцовского районного союза партии социалистов-революционеров и около 100 штук прокламаций. Арестованные препровождены были в Брянскую тюрьму, из которой их отправили в Орел.

 

Супонево, Брянск<ого> уезда.

Супоневское волостное правление сделалось на днях жертвой экспроприации. Часов около 8 вечера, когда в волостном правлении оставался писарь и двое сторожей, неожиданно вошли четверо вооруженных в масках. Последовало обычное: «руки вверх!» Двое стали в дверях, а остальные обратились к писарю и сторожам с тем же предложением. Сначала писарь было запротестовал: «К чему, ведь мы все равно ничего не можем сделать».

— У нас уже так заведено. Писарь и сторожа простерли руки к верху!…

Мимо волости в это время проходил крестьянин. Увидев через окно необычайное оживление и волостного писаря с поднятыми к верху руками, тот, грешным делом, подумал: «Уж не спятил ли?» и решил заглянуть в волость. Едва он переступил через порог, как получил то же стереотипное предложение: «руки вверх!», пришлось и ему присоединиться к компании писаря.

Тем временем, гости забрали волостную печать, паспортные бланки и небольшую сумму денег. Уходя, экспроприаторы – «гости» наказали присутствующим не выходить из волости в течение получаса. Писарь по уходе гостей вынул часы и, прождав положенные полчаса, решил послать крестьянина.

— Ну, выходи!

— Нет, ты выходи.

После некоторых пререканий «пленники» вышли все вместе.

 

Село Гололобово Пролысов<ской> волости Трубч<евского> уезда.

На днях к нам приехали двое неизвестных молодых людей с намерением устроить митинг. Это им удалось. Во время митинга нагрянул урядник и тут же на собрании молодые люди были заарестованы и препровождены в соседнюю экономии. Крестьяне, опомнившись от неожиданного нашествия, решили освободить ораторов и, двинувшись толпой к экономии, окружили ее со всех сторон. Урядник, видя все эти угрожающие приготовления, убеждал крестьян расходиться, угрожая, в противном случае, расстрелять. Но раздраженные крестьяне все более напирали, требуя освобождения арестованных.

Урядник зарядил винтовку. Неминуемо должно было произойти кровопролитие. Но арестованные стали убеждать крестьян разойтись. Слова арестованных подействовали, и крестьяне, понуря головы, стали расходиться по домам.

Прохожий.

 

Село Дятьково.

Здесь арестован был по обвинению в агитации среди крестьян Николай Максимов, служащий Мальцов<ских> завод<ов> Дятьковской волос<ти>. Крестьяне, узнав о его аресте, составили следующий приговор:

«Мы узнали, что местною полицией арестован и отправлен в тюрьму из села Дятькова проживающий там служащий в акц<ионерном> об<ществе> Мальцовских заводов, Николай Владимиров Максимов за то, что будто бы он, будучи в нашей деревне  11 июня  с<его> г<ода>, возмущал нас к неплатежу недоимок, к тому, что мы можем самовольно запахивать землю в имении помещика г. Мальцова, принадлежащем теперь акц<ионерному> общ<ест>ву и можем косить также луга, что будто потому мы имеем право на это, что бывший помещик Мальцов нам обещал земли и что будто бы г. Максимов говорил против правительства.

Глубоко были мы поражены этим обстоятельством, потому, что ничего подобного не было, и что человека как будто из-за нас лишили свободы и, возмущаясь этим мы не  можем не осветить это дело и не придать его гласности.

 4-го сего июня   в воскресенье у нас был сход по поводу назначенных на  5 июня  торгов на продажу у нас имущества за неплатеж недоимки. Во время схода подошел к нам прилично одетый молодой человек (вероятно, гуляя по лесу) и видимо заинтересовался, о чем мы толкуем. Некоторые из нас, заметив его, полюбопытствовали спросить у него, читает ли он газеты и что пишут про Государственную Думу, он согласился рассказать нам и мы вот тут присоединились послушать, что нового? Дума, начал говорить молодой человек, делает все хорошее для того, чтобы улучшить положение всех вообще людей, а особенное внимание Думы обращено на трудящийся народ, то есть на рабочих и крестьян, последним, чтобы прибавить земли и улучшить хозяйство, чтобы для всех нас было бесплатное учение, и что народные представители настаивают на том, чтобы правительство вообще состояло из народных представителей, которые знают лучше нужды народа, такт как вместе с ним живут, и что Дума составляет законопроекты, подходящие к теперешней жизни народа. Вот все, что говорил нам этот молодой человек, были ли это Максимов или кто другой, мы не знаем.  Но чтобы он нас возбуждал бы нас к каким-либо самовольным захватам, земли и лугов помещика Мальцова и возбуждал бы нас к неплатежу податей или бы ругал правительство или хотя бы малейшим намеком, давал повод» к тому, то ничего подобного он не говорил. Деревня наша нисколько не возмущена, а если мы и не дали продать свой последний скот, то это единственно потому, что мы через продажу ту были бы окончательно разорены и в то же время заявили, что мы заплатим деньги, но что теперь ни такое время, как у нас  не только денег, но и хлеба сейчас нет и до осени ничего не будет. От Думы ждет все крестьянство «земли и воли» с понятным нетерпением и все оно от мала до велика интересуется печатным и устным разъяснением.

В виду этого единогласно постановили написать настоящее свое заявление и направить его сейчас куда следует для немедленного освобождения Николая Владимирова Максимова ни в чем неповинного».

Полицейским так и не удалось установить личность молодого человека, бывшего на этом сходе. По слухам, то было молодой человек высокого роста. Власти, найдя рост Максимова подходящим, арестовали его, а затем отправили в Вологодскую губернию. Такова административная мудрость!

 

Из жизни заключенных.

Письмо из Орла.

В июне месяце все политические заключенные неожиданно были переведены из одиночек в крепость. Но вновь прибывающих стали опять сажать в одиночки. После этого режим в одиночках превратился в «прижим». Камеры, имеющие всего два с половиной шага в ширину, четыре с четвертью в длину, напоминают собой каменные мешки. Маленькие окна расположены высоко над стеной у сводчатых потолков. Обыкновенно, в эти камеры сажают провинившихся уголовных арестантов. Это так называемый «светлый карцер» для уголовных. В этих душных камерах политические заключенные и день и ночь сидят под замком. Гуляют большей частью поодиночке по полчаса в день. Заключенные рассажены в разные углы здания и нет никакой возможности переговорить друг с другом. Сидеть на окнах строго воспрещается. Вдобавок «отделенный» теперь в одиночках надзиратель, удаления которого в свое время добились теперешние «крепостники». Все время в одиночках царит мертвая тишина и лишь, по временам едва слышны в коридоре  тихие шаги Это дежурный ходит от волчка к волчку и подсматривает, кто чем  занимается. Такова та душная атмосфера, в которой приходится жить заключенным.

СПРАВОЧНЫЙ ОТДЕЛ

Расписание поездов с 18 апреля 1906 г. Брянск

ОБЪЯВЛЕНИЯ

Газета «Брянская жизнь» №38 от 20 октября (7 октября) 1906 г
Газета «Брянская жизнь» №36 от 17 октября (4 октября) 1906 г.
Брянская жизнь. – 1906. – 21 окт. (8 окт.) (№39)