q
Подписывайтесь на наши аккаунты в соцсетях:

На половине пути от «второго» моста до лесопильного завода М. И. Баженовой виднеются из-под размытой половою водою земли груды избитого кирпича. Это остатки знаменитой Новиковской канатной фабрики, история коей в высшей степени поучительна, а последствия ее заметны еще и доселе. Богатейший одесский купец Новиков около 35-40 лет тому назад основал в Брянске канатную фабрику на широких началах. Наша местность вообще одна из крупнейших по производству пеньки, и, по замыслу Новикова, вся местная пенька стала было обрабатываться на месте. Обработка рассчитана была на десятки миллионов годового оборота. Рабочих рук потребовалась масса. Для привлечения их назначена была высокая заработная плата, рабочим предоставлены были многие льготы и потому неудивительно, что лучшие рабочие из города и окрестностей нашли приют на новой фабрике. «Увидя то, в углу надулся его расчетливый сосед». Началось глухое недовольство, недовольство перешло в борьбу, а борьба окончилась… страшным пожаром фабрики. Пожар случился в жаркий летний день, загорелось вдруг с нескольких сторон в такое время, когда все фабричные склады ломились от массы незастрахованного товара. В результате многомиллионные убытки и падение предприятия, оставившее глубокий след в рабочей среде. Брянский мещанин в большинстве пролетарий в буквальном смысле этого слова. У него нет усадебного места, у большинства нет даже огородной земли. Он не садовод, не ремесленник и не кустарь. Искони, как житель местности, обильной лесом и пенькою, он кормился около лесного и канатного дела. Летом он был плотовщиком, т.е. сгонял лес в степные местности Нижне-Днепровской украйны. Зимою он брался за пилу и становился пильщиком, брусуя и разгоняя на доски многовершковый сосинник и ельник. Другая часть жителей занималась пряжей, ссучивая веревки и канаты или у себя на дому, или на фабриках. И лесное, и пеньковое дело давали такой хороший заработок, что жители, напр<имер>, Ямской слободы отказались от земельных наделов и сопряженного с ними крестьянства и вошли по своему ходатайству в черту города на правах посадских жителей, т.е. мещан. С возникновением лесопильных заводов, начал образовываться все возрастающий излишек рабочих рук. Цены на них стали падать. Вот тут-то было и пришла на помощь новиковская канатная фабрика. Цены опять стали «крепнуть», заработок увеличился. После разгрома фабрики дела пошли еще хуже. Уничтожение фабрики вызвало острейший пеньковый кризис на местном рынке, вследствие чего пенька направилась в другие города: В Трубчевск, Новгород-Северск и др. Таким образом, усилились и окрепли конкуренты Брянска в канатном деле, и последнее у нас свелось постепенно к тому минимуму, в котором находится ныне. Меж тем поредели леса, обмелела Десна, уезд пересекли по разным направлениям железные дороги. Пильщики, плотовщики, прядильщики остались совершенно не у дел. И в настоящее время мещанин брянский страшно бедствует – нет работы ему. Арсенал вот уж несколько лет хронически страдает отсутствием крупных нарядов. Да если бы и не страдал, он потребовал бы знания мастерства, т.е. того, чего в громадном большинстве мещанин не имеет. По этой же причине наш рабочий люд не находит места и на обширных заводах в окрестностях Брянска. В недавнее, впрочем, время заметно все усиливающееся стремление приучать детей к заводскому делу. К чему это приведет покажет ближайшее будущее, а пока в мещанской среде парень, имеющий в месяц 10-12 р. заработка, считается завидным женихом. Замечательно при этом следующее явления, — в то время, когда Брянск переполняется пришлым рабочим людом, брянский житель бедствует от безработицы и массами уезжает в другие города (особенно в Екатеринославский район) искать удачи и работы. Вот почему раскрытые водой остатки неудавшегося пенькового предприятия будят живейшие воспоминания, в память о порядках на фабрики Новикова доселе свято хранится в выбитой из исторической колеи среде нашего мещанства.

 

Орловский вестник. – 1900. – 18 мая (5 мая) (№118)