q
Подписывайтесь на наши аккаунты в соцсетях:

АРСЕНАЛЬНЫЕ ДЕЛА И ДЕЛИШКИ

К выборному старосте от писарей канцелярии и управления арсенала г. Лапину поступило заявление от писарей Матвеева, Шрамек, Дроканова, Амосова и Шевцова об уплате им вознаграждения за произведенные ими 6-го  июня (19 июня по новому стилю — БВ) и в др. дни сверхурочные работы, и от г. С об уплате ему за праздничные работы по канцелярии и архиву. Г. Лапин заявление представил правителю дел канцелярии, в своем роде популярной, как в Брянске, так и вне пределов его – по газетным статьям в столичной печати, личности – г. Иванову. Изругав г. Лапина и его товарищей по службе в канцелярии, г. Иванов заявил, что писари, счётчики, чертёжники и надзиратели арсенала не подходят под общие положения и правила найма и службы мастеров и рабочих технических, артиллерийских заведений, и что он, г. Лапин, как «порядочный» человек, должен повлиять на писарей, чтобы они не смели впредь предъявлять подобного рода претензий. Затем следовали обыкновенные приёмы г. Иванова: «Дурак!..», «скотина!..», «идиот!..», и под<обное>, «как полагается».

На общем собрании писарей, счётчиков, чертёжников и надзирателей, между прочим, постановлено:

1) Требовать от администрации объяснения – какими правилами должны, кроме обыкновенных арсенальных, руководствоваться писари, счётчики, чертёжники и надзиратели, так как г. Иванов заявил, что к арсенальным – лица указанных категорий – не принадлежат;

и 2) Требовать, чтобы суммы, отпускаемые на содержание канцелярии интендантством, расходовались исключительно по законной смете, но не по произволу гг. Ивановых и Ко. Для иллюстрации рассказывают, что из сумм канцелярии служат панихиды, молебны, платят налоги и пр. Скоро (говорят рабочие) будут из сумм «Чиновнику (имя рек) на бракосочетание с девицею, на угощение начальства» и т. п… После газетной статьи в одной из московских газет дела г. Иванова немного сократились. Раньше в канцелярии велись его частные дела с страховым обществом «Саламандра», «Красн<ый> Кр<ест>» и др. Для отвода глаз, дела и книги общества «Спасание на водах» были переведены в дом г. Иванова. Остальные делались руками писцов казённого учреждения. Просиживая за бумагами, по принуждению, праздничные дни и вечера, — эти труженики теперь не смеют просить вознаграждения, и за все это получают в награду самые возмутительные оскорбления и унижения человеческих чувств…

С. Н.

 

МЕСТНАЯ ХРОНИКА.

— Кассир Брян<ского> Отд<еления> Орл<овского> Ком<мерческого> банка Г. А. Биллер, по личному недоразумению с упр<авляющим> отделения Р., переводится в Елец.

— В ночь под  21-е , по Привокзальной слободе было разбросано обращение к народу бывших членов Гос<ударственной> Думы. Нам передают, что полицмейстер не разрешил труппе Комиссаржевской к постановке в Брянске пьесы «На пути к Сиону».

— Вся площадь Привокзальной слободы разделена на участки и сдана в аренду городом под постройки так, что в среднем за каждый участок город получает по 20 слишком руб. в год аренды. Имея в виду ограниченность площадей участков, сдаваемых в аренду, и то обстоятельство, что почти вся эта земля была неудобной – цифра арендной платы представляется весьма солидной, однако отцы г. Брянска не особенно отзывчивы к нуждам своих обывателей: так, напр<имер>, дороги  в слободе в скверном состоянии, а в распутицу прямо непроходимы, представляя из себя целые пруды гниющей воды и содействуя этим распространению и без того часто наблюдавшейся малярии. Желательно было бы, чтобы отцы города обратили свое благосклонное внимание на положение обывателей слободы, а если горе обывателя не может сократить их сердца, то, быть может, кто-либо из членов городской управы состоит членом общества покровительства животных, а потому снизойдёт к тяжелому положению животных – лошадей, которые (сами были очевидцем) на наших дорогах в распутицу и с небольшим грузом, буквально надрывают силы.

— В ночь под  23 июля  на Московской улице возле гост<иницы> «Москва» подкинут младенец мужского пола. Младенец оправлен в полицию.

— В воскресенье на базаре полицией отобрана лошадь, украденная у крестьянина Жизд<ринского> уезда Юдина. Лошадь отправлена на место кражи.

 23 июля   в 5 ½ час. утра четыре брянских мещанина произвели дебош в доме терпимости. Разбиты зеркала, стоимостью в 30 р. и избиты девицы. О случившемся составлен протокол.

 

КОРРЕСПОНДЕНЦИИ «БРЯНСКОЙ ЖИЗНИ».

Завод Брянский.

Свершилось!.. Свершилось то, что так тяжко давило рабочих. Произведена тайная баллотировка относительно мастеровых в количестве 300 человек.

С субботу в 12 ½ часов дня в механической и паровозосборной мастерских, длинные ряды рабочих потянулись к скрытым ящикам, поставленным для баллотировки. Лица рабочих озабочены. Судьбы и дальнейшее существование предназначенных к расчёту рабочих – находится в их руках.

Взявши билет, бросаются в ящик и отходят в сторону, наблюдая как товарищи делают тоже. Но вот, кончено. Комиссия рабочих, выбранная из 5 человек, следившая за баллотировкой и назначенная для подсчета голосов – лихорадочно открывает ящики и считает… — В механической – 39 за расчёт и 769 против (делиться работой), паровозосборной – 84 за расчёт и 452 против. Рабочие проявили солидарность и единение. Все они не остановились перед ожидающим их малым заработком. Кроме кучки лиц, которые холодно относятся ко всем несчастиям с людьми, потому что они сами-то обеспечены и не хотят войти в положение тех, с которыми не пожелали делиться работой, большинство с готовностью согласилось делиться последним куском хлеба, не желая слышать и видеть обездоленных товарищей. Этим самым нанесена пощёчина администрации завода. Она думала, что рабочие действуют под влиянием узкокорыстных целей. Нет, мы доросли до понимания братской солидарности всех трудящихся, и нам не могут быть чужды интересы наших товарищей-рабочих, обреченных на голодное существование. Мы не хотим подавать копейку безработным, это унизительно, им совестно брать, потому что у них здоровые руки.

«Зачем мне просить подаянья,
Когда есть охота к труду –
И вера в людей упованье,
Что в них не врагов я найду…»

Позор и стыд тем людям, которая жалея потерять часть своего заработка, не захотели делиться работой с товарищами, едва не обреченными на полное разорение. Честь и слава товарищам, оставшимся верными нашему лозунгу: «один за всех, и все за одного!..»

Рабочий.

 

Село Ольшаница, Еслисеевской волости.

Тяжёлая сцена – одна из тех диких кровавых сцен в деревне, которыми в последнее время переполнены столбцы газет, разыгралась на днях в с. Ольшанице.

Небольшое убогое село, заброшенное где-то в глуши уезда, было свидетелем дикого произвола и насилия, не только над личностью, но и над жизнь нашего беззащитного крестьянина.

Обитатели с. Ольшаницы издавна снимали исполу луга у соседнего помещика Хромченкова. Но в этом году управляющий имением Хромченкова распорядился, не знаю по каким причинам, луга крестьянам не сдавать, а сдал их богатому кулаку из д. Титовки Леонову.

Крестьяне лишились одного из своих главных доходов, и, естественно, что они запротестовали против такой меры.

 17-го , в понедельник, крестьяне всем селом вышли на луг, снятый Леоновым и, заявив, последнему, что они ему косить луг не позволят, приступили к уборке луга.

Леонов заявил куда следует и через некоторое время явился урядник Сычёв с 12 стражниками. Стражников и крестьян разделяла небольшая речёнка, что и помешало уряднику пустить в ход приклады и разогнать крестьян. Наконец, ему все-таки удалось как-то обойти речёнку. Свое внимание обратил он на одного из крестьян Фёдора Артюхова, который, главным образом, и вёл переговоры со стражниками.

Артюхова схватили и повели.

Крестьяне толпой с косами в руках бросились обивать товарища.

Говорят, во время схватки был ранен косой стражник, но, так или иначе, Артюхов был освобожден и стражники прогнаны.

Этим, однако, дело не кончилось.

В ночь под  18-е , в село нагрянул опять урядник и на этот раз со стражниками было 15 чел<овек> казаков. Казаки остались где-то в засаде, а урядник со стражниками, имея впереди себя в качестве проводника сына Леонова, направился к дому Артюховых. Фёдор, младший из Артюховых, у него имеется еще три брата Григорий, Осип и третий, имени которого я не знаю, кроме того у Артюховых живёт двоюродный брат Яков и тоже Артюхов.

Когда явился урядник с оравой пьяных стражников, было уже 3 часа ночи и у Артюховых все спали.

Первый вопрос был: «Где Фёдор?»

Фёдора не оказалось… Тогда поспел на выручку опять-таки сын Леонова. Этот достойный сын Иуды, указал на Григория: «Берите его… Он тоже такой же!..»

Стражники потащили Григория, ещё не успевшего одеться, из избы.

Яков и Осип бросились на помощь к брату и пытались отбить его.

Григорию удалось как-то вырваться и он побежал, оставив двух братьев в руках озверевших стражников.

За ним гнались два стражника, которые и настигли его, где-то возле забора.

Опять завязалась неравная борьба…

Схватив руками штыки, Григорий старался лишить стражников возможности пустить в ход оружие.

В это время вблизи раздался выстрел…

Григорий рванулся, сломал у ружья штык и инстинктивно бросился к братьям; в дорогу ему полетели две пули. Но, быть может, потому, что стражники были пьяны, или просто благодаря счастливому случаю, пули не попали в Григория, а засели в деревянной стене забора. Крестьяне и по сейчас показывают это место…

Трагическую картину застал Григорий… Брат его Осип лежал в луже крови, убитый наповал пулей в голову навылет. Пуля попала в затылок и вышла в рот, язык был вырван, передние зубы выбиты, губы порваны…

«Усмирители» сделали своё дело!..

Они успокоили одного на вечность, а другого с разбитой головой положили в больницу в самую страдную для крестьянина пору.

Что должна была перечувствовать семья Артюховых, что чувствовали жена с четырнадцатилетней дочерью Осипа, видя как на глазах её стражники убивали беззащитного мужа? Да, сцена тяжёлая, и тяжело писать о нет!..

На выстрелы и пули проснулись крестьян, но, увидя налетевших казаков, пугливо попрятались…

 19-го  прискакал в село исправник с приставом Коношевичем. Говорил надгробное слово над остывшим трупом Осипа.

… Когда вы жили тихо, смирно.. мы вам были, как отцы…, теперь вы взбунтовались и вас убивают!..

Загадка, которую придётся разгадать всему русскому крестьянству!

Молча слушали крестьяне речь исправника и молча же разошлись… Хоронили Осипа  20-го  июня  , провожала его вся деревня, пришли даже ольшанские крестьяне, работающие на заводе, пришли и крестьяне из соседних сёл…

Прохожий.

Брянская жизнь. – 1906. – 7 авг. (25 июл.) (№7)