q
Подписывайтесь на наши аккаунты в соцсетях:

Сапожник-одиночка! Мы привыкли видеть его на базарах. Деревянная будочка, а то просто небольшой навес, и под ним человек в засаленном фартуке. Между ног зажата чугунная лапа, заменяющая колодки всех размеров; на верстаке— несложный набор инструментов: молоток, шило, крючок да кусачки. С их помощью чинится любая обувь.

В городе, конечно, не нуждаются в таких сапожниках. Ему не понесут модельные туфли: есть мастерские, ателье. А на селе? Где тут отремонтируешь каблук-шпильку или модную мужскую туфлю (такую обувь носит и сельская молодежь).

Так возникает вопрос: какой должна быть маленькая мастерская в поселке, на селе, если в ней надо ремонтировать изящную, модельную обувь? Какое требуется оборудование, инструмент, чтобы выполнять такие заказы?

И тут подумаешь, не отмахнешься пренебрежительно: проблема!

Мне, пожалуй, повезло. Я видел прообраз маленькой мастерской будущего.

…Брянск. Неподалеку от театральной площади — обувная мастерская.

Мягкое, ровное освещение, красивые обои, коврик на полу, столик с газетами. На витрине выстроились нарядные женские туфельки. После ремонта они выглядят, чек новые, ждут своих владелиц. Тут — чистота и уют, столь не вяжущиеся с привычным представлением о сапожной мастерской.

На стене висит книга. Называется она необычно: «Запишите ваши впечатления». Читаю последнюю запись: «Находясь в Брянске в командировке, я обратился в .мастерскую. И был приятно удивлен: туфли починили на редкость быстро и хорошо.

А как оборудовано рабочее место мастера, какой у человека инструмент, какая культура обслуживания. Право же, многие могут поучиться у тов. Похожаева. М. Курц. Москва».

Знакомимся с Дмитрием Андреевичем Похожаевым. Интеллигентное, с тонкими чертами лицо, на которое годы войны и труда наложили свой отпечаток. Говорит он медленно, как бы вдумываясь в каждое слово. Но движения его удивительно быстры, ловки. Во всякой профессии существует тот особенный класс мастерства, когда точность, глазомер, опыт стирают последнюю, уже незаметную грань между простым трудом и искусством.

Подметив, что в разговоре с ним я избегаю слова «сапожник», Похожаев мягко улыбнулся:

— Я горжусь своей профессией — она у меня потомственная. Сапожниками были прадед, дед, отец. Я не завидую инженерам, актерам, летчикам, врачам. Каждому свое. Важно работать так, чтобы люди сказали: это мастер своего дела, творец. В такой оценке — высшая награда.

В Дмитрии Андреевиче живет неукротимый дух новаторства.

Взять хотя бы инструмент. Такого набора, как у него, не встретишь ни у одного обувщика. Молотки поблескивают никелем. Их несколько: от небольшого до солидного го величине и весу. Они исключительно удобны. Берешь, и кажется, что молоток сливается с рукой, становится ее продолжением.

Пятнадцать шильев и крючков различной формы и толщины в арсенале мастера. И все они имеют свое назначение. Одни для очень нежного материала, другие — для более грубого, третьи… Да разве все перечислишь! Восемнадцать ножей имеет сапожник. Из рапидовых, особо прочных сталей. Деревянные ручки сделаны так, что лезвие в них можно передвигать. Потому нож служит до полного износа.

Есть у Дмитрия Андреевича и посложнее инструменты. Среди них специальные плоскогубцы для извлечения штырька из пластмассовой набойки, приспособление для запрессовки кнопок, пробойники.

У Похожаева несколько десятков различных видов инструментов. Некоторые употребляются редко, но они непременно нужны. К Дмитрию Андреевичу обращаются с такими заказами, выполнить которые в другой мастерской не берутся.

Кстати, сейчас многое делается для того, чтобы дать нашим обувщикам хороший, удобный и надежный инструмент. Его будут выпускать специализированные предприятия. Образцы такого инструмента разрабатывают инженеры, целые конструкторские бюро и даже институты. Нам кажется, в этом деле нельзя сбрасывать со счета и таких новаторов-производственников, как Похожаев.

Особая гордость Дмитрия Андреевича — универсальный станок для ремонта обуви. На нем можно выполнять пятнадцать операций. Нужно обрезать каблук — приводится в действие циркулярная пила, отполировать металлическую набойку — для этого есть приспособление, надо подогнать объемную часть набойки — тоже поможет станок. Здесь же камни для точки и наведения ножей, круги, щетки для полировки и чистки обуви, обработки ее после ремонта.

Над созданием станка Дмитрий Андреевич работал несколько лет. Конструировал, проверял, отказывался от прежних решений и снова искал. Иногда выбрасывал целые узлы и делал другие. Шел к знакомым слесарям, токарям, фрезеровщикам, чтобы выточить болт, изготовить шестеренку. В конце концов, машина получилась. Компактная (90X76X54 см), удобная. Ее можно подключить к сети двухфазного и трехфазного тока, установить в любом месте.

Думает Дмитрий Андреевич о том, чтобы такие или подобные станки — механические помощники сапожников — появились в каждой небольшой мастерской и в городе, и на селе.

А вот как выглядит рабочее место сапожника. Верстак облицован пластиком, в нем восемь выдвижных ящиков. Четыре для набоек, рубчиков, готовых деталей, два — для мелкого инструмента. Побольше ящик разделен на двенадцать гнезд для хранения гвоздей разных размеров, металлических набоек, косячков, пряжек, супинаторов. Последний ящик — запасной. В верхней части стола — выдвижная доска для работы на ней с ножом.

Справа на стене в специальных гнездах инструмент, слева — станок. Любую работу можно выполнять, не вставая со стула.

Нельзя не упомянуть и о фурнитуре. Даже в лучших столичных мастерских не увидишь разноцветной дратвы или воска. Похожаев сам красит дратву и воск в разные цвета.

Металлические на бойки на женскую модельную обувь, как правило, быстро трескаются, изнашиваются. Для сельской местности и вовсе непригодны: не защищают обтяжку каблука, и ее царапает песок. Тут бы подошли другие: расширенные книзу, а еще лучше — с выступом (бортиком), который заходил бы на обтяжку каблука.

Мастер показал образцы таких набоек, изготовленных по его заказу. Хорошие, по душе придутся женщинам.

Все у Похожаева подчинено одной цели — ремонтировать быстро, прочно, красиво. Я видел туфли, которые он вручал заказчице. Починка мелкая — обыкновенные рубчики на носок. Но сделано как — любо посмотреть! Рубчик словно слился с подметкой. И на ранте не заметишь следов ремонта…

Пожалуй, есть смысл познакомиться со станком брянского мастера специалистам Министерства бытового обслуживания населения РСФСР и НИТХИБ. Стоит также присмотреться к верстаку Похожаева, изучить его инструменты и приспособления.

На этом можно было бы и закончить рассказ о сапожнике-новаторе. Однако есть еще одна сторона вопроса, на которой следует остановиться. Предприятия бытового обслуживания сейчас оснащаются совершенными механизмами, сложной техникой. Кому вверить все это?

Конечно, молодежи! Но ее нужно умело привлечь.

Чуть ли не всякий день в мастерской Дмитрия Андреевича можно застать парней, девушек, идущих из школы. Они робко останавливаются у двери, складывают возле стенки портфели и любопытствуют, как этот опрятно одетый человек «колдует» над модельными туфлями, изящными сапожками. Я как-то спросил у ребят:

— Вы бы согласились работать здесь?

— Конечно! Тут очень интересно!

Интересно, потому что Похожаев и трудом своим, и творческими поисками невольно пропагандирует свою профессию, заставляет людей уважать ее.

А. ШЕВЧЕНКО, наш спец. корр.

 

Служба быта. 1967. № 5. С. 16—17