q
Подписывайтесь на наши аккаунты в соцсетях:

Закончился второй этап археологических раскопок на Покровской горе. О результатах первых рассказывалось в «Брянском рабочем» в декабре прошлого года. На этот раз раскоп, сделанный у дома №9, был в три раза больше прошлогоднего. Пласт за пластом на площади 50 квадратных метров мы постепенно открывали кусочек Брянска с XX по XIII век. В течение месяца перед нами прошли, становясь все более древними, постройки и вещи восьми веков. Все это фиксировалось в подробных записях, чертежах и рисунках. В этой трудоемкой работе мне очень помогли студенты Брянского строительного техникума.

Рассматривать старинные вещи не в музеях, а в том виде, как они были оставлены людьми, всегда интересно, даже если это вещи и не очень отдаленного времени. Мы раскопали, расчистили и тут же составили чертеж погреба XVI века. Он был врыт в землю на один метр, стены его длиной 2,3 и 2,6 м обложены двенадцатью рядами жердей, которые были забраны в угловые столбы. Кроме мусора XVI-XVII веков, в погребе мы нашли любопытные вещи. У входа лежал навесной железный замок треугольной формы – точно такой был найден в свое время на месте лагеря 1608-1610 гг. «тушинского вора» Лжедмитрия. Были найдены обломки чернолощеной и зеленополивной столовой посуды, обломки питьевых сосудов из западноевропейского стекла XV-XVI веков, два нательных креста из бронзы. В углу кладовой лежала белоглиняная кубышка высотой 10 см. В таких кубышках в XVI-XVII вв. прятали деньги – мелкие тонкие серебряные монетки.

С интересом расчистили мы и сооружение 4X4 м XIV века с подпольной ямой при нем. Тут мы нашли несколько хозяйственных ножей, железное кресало, топор, замок и пробой, глиняную миску с глиняной же втульчатой ручкой, сердоликовую бусу, обломок стеклянного браслета, бубенчик и два амулета из фаланги и клыка медведя. В этой же полуземлянке найдена железная бронебойная стрела.

Толщина культурного слоя в раскопе 2,2 метра, ниже этой отметки идет белая чистая глина без всяких находок — так называемый материк. Из двухметровых напластований, образовавшихся более чем за 700 лет непрерывной жизни, 60 — 70-сантиметровая толща приходится на XIII век, вещи и сооружения которого лежат на материке или врезаны в него. В самом древнем культурном слое, кроме огромного количества керамики и костей животных, найдены ножи, ключи, точильные бруски, гребень костяной двусторонний, обломки древней поливной посуды и поливных облицовочных плиток. Найдены целые удила, а также стремя XIII века с округлой подножкой под мягкую подошву без каблуков. Каблуки и твердую подошву стали употреблять после XIV века, поэтому подковки для сапог мы находили только в поздних слоях, а в древних их не было.

Кстати, о древней обуви. На Руси носили кожаную обувь, лаптей не было, они появились совсем поздно, в развитом крепостничестве. Предметы из лыка, бересты часто находят при раскопках поселений по всей Древней Руси, но лаптей ни разу не находили. В то же время кожаную обувь находят всегда, попался и нам короткий мягкий кожаный башмак XIII века. Железное стремя из этого раскопа инкрустировано узором из белого металла; такой же орнамент — еще на двух железных предметах.

Самой частой находкой после черепков керамики в слое XIII века оказались обломки стеклянных браслетов. Эта категория находок имеет хорошо известные хронологические рамки бытования: со второй половины XII века по начало XIV века, то есть около 150 лет.

Как правило, во всех древнерусских памятниках XII—XIII веков обязательно при раскопках находят стеклянные браслеты. Мы нашли 97 обломков стеклянных браслетов восьми цветов: зеленого, бирюзового, голубого, синего, фиолетового, оливкового, коричневого и желтого. Был найден также обломок перстня из темно-голубого прозрачного стекла.

Самыми древними сооружениями были ямы диаметром два метра, цилиндрической формы. Ям таких три, они вырыты в материковой глине на глубину один, полтора и два метра. Очевидно, это хозяйственные ямы, заполнены они мусором XIII—XIV века. В одной из них вдоль стен стояли столбы, на дне был деревянный пол, на полу несколько десятков обломков стеклянных браслетов и осколки стеклянного сосуда для питья. Тонкие (один миллиметр!) стенки этого бокала из бесцветного, лишь чуть желтоватого, стекло украшает узор из нитей фиолетового стекла. Такого типа бокалы датируются началом XIII века вообще же стеклянные сосуды в Древней Руси производились в Киеве с конца XI века по 1240 год (год разорения Киева монголами), позже они не встречаются. Обломки стеклянного сосуда — самая древняя вещь в нашем раскопе, для остальных вещей (ключей, ножей, стеклянных браслетов) верхней датой их бытования является XIV век.

Вещей, характерных для XII века, — южных амфор и пряслиц из розового сланца, производившихся на Волыни, — в Брянске пока не найдено. В соседнем же с ним древнем Вщиже при раскопках найдены многие десятки пряслиц и обломков амфор, а в Брянске за два сезона раскопок найдено всего одно пряслице. Из этого следует, что слоя XII века на месте раскопа на Покровской горе нет.

Итак, на глубине свыше двух метров открыт кусочек Брянска начала XIII века. В письменных же источниках Брянск впервые упомянут в 1146 году, т. е. в середине XII века. Как объяснить этот «разрыв» в полста лет между письменным и вещественным проявлением Брянска?

Для обнаружения материальных, вещественных, т. е. археологических следов человеческого поселения, надо, чтобы это поселение жило долго и деятельно на одном месте. В прошлогоднем раскопе мощность культурного слоя была три метра, но из них около двух пришлось на XVI-XVIII вв., когда проводилась активная перепланировка Покровской горы. В раскопе 1971 года выяснилось, что за 750 лет культурный слой нарос на два метра, т. е. в среднем за 3,5 года нарастал один сантиметр. Следовательно, поселение, отмеченное летописцем в середине XII века, должно было прожить десятки лет, прежде чем оставить археологам материальные следы своего существования. Если же Брянск существовал задолго до того, как был замечен летописцем в 1146 году, то не на Покровской горе. Однако опыт изучения древнерусских городов говорит о том, что летописец не опаздывал отмечать вновь появившиеся поселения: Киев, Москва, Суздаль, Ярославль имеют дату своего возникновения, одинаковую как по летописи, так и по археологическим исследованиям. А археологическая дата возникновения Новгорода, Смоленска и Брянска, даже более поздняя, чем летописная. Если про Московский Кремль 1156 года в летописи ясно сказано, что он был сооружен «в устье Неглинной ниже Яузы» (и именно здесь после десяти лет поисков найдены вещи XII века), то место возникновения древнего Брянска в летописи не указано. И вполне возможно, что тот маленький лоскуток земли, где к 1146 году существовал Брянск, не попал под лопату археолога.

Т. Равдина, научный сотрудник Института археологии Академии наук СССР.

Брянский рабочий. – 1971. – 16 сент. (№218). С. 2